Орудия пыток (28 фото)

 

Навеяно сегодняшним постом Деи О воспитании

Посты на тему:
История испанской инквизиции
Казни всех времен и народов
Казни
Палач
Самые жуткие музеи мира
Пытка кастрацией и стерилизацией
Музей пыток в Амстердаме

Представляю вашему вниманию экспозицию орудий пыток средневековья:


Пытка, как универсальный инструмент судебного и сыскного процесса, была чрезвычайно распространена в России XVII-XVIII веков. Заплечных дел мастера, орудия пытки и застенки были во всех центральных и местных учреждениях. По закону от пытки освобождались дворяне, "служители высоких рангов", люди старше семидесяти лет, дети, подростки и беременные женщины. В уголовных процессах так это и было, но в политических делах эта правовая норма практически не соблюдалась. В сыскном ведомстве пытали всех без разбору, и столько, сколько было нужно. Пытки и казни детей закон, в принципе, не запрещал. Тем не менее, из документов видно, что детей и подростков щадили. Цель убить пытаемого перед заплечным мастером не ставилась. Напротив, ему следовало поступать так, чтобы пытка была мучительной, но после нее жертва оставалась жива - по крайней мере, до того, пока не даст нужных показаний. Тяжесть пытки зависела от социального положения пытаемого: дворяне и знатные колодники получали при пытках заметно меньшее число ударов, чем крестьяне и посадские. Формально все колодники были равны и, как люди, побывавшие в руках палача, считались обесчещенными. Попав в застенок, вчера еще уважаемый судья Стрелецкого приказа Федор Шакловитый становится "вором Федькой", с старик архиепископ Тамбовский Игнатий - "расстригой Ивашкой".

Отказ от смертной казни в царствование императрицы Елизаветы Петровны заметно повлиял на уменьшение применения пыток. Однако, только реформы Екатерины II защитили благородное сословие от руки палача. Тем не менее, несмотря на наметившуюся позитивную тенденцию, пытка в екатерининское царствование не была отменена официально, а весьма глубокая, противоречившая всему средневековому праву, мысль императрицы о том, что признание, добытое с помощью истязания, не может быть абсолютным доказательством виновности, так и не была закреплена законодательно. Именно при Екатерине II, под влиянием идей Просвещения и вообще, благодаря значительному смягчению нравов, заметно стремление пересмотреть отношение к пытке в России. Впрочем, по этому пути двигалась и Европа: пытку в Пруссии отменили в 1754 году, в Австрии - в 1787. Во Франции пытка была отменена в 1789 году вместе с лютыми средневековыми казнями (последнее в истории колесование произошло в 1788 году). Жестокость обращения с людьми в политическом сыске отражает особенность политического строя страны, степень развитости судебной системы и гражданского общества. В тех странах, где действовал институт присяжных, где сложились традиции публичного суда, существовала адвокатура, там пытки исчезли рано. В Англии и Швеции их не было уже в XVI веке (исключая, естественно, процессы о ведьмах).

В конечном счете, в России в течение всего XVIII века и юридическим, и фактическим венцом следствия считалось личное признание обвиняемого, и поэтому пытка, как вернейшее средство достижения этого признания, оставалась в арсенале правосудия. Пытка в екатерининское царствование оставалась в ходу еще и потому, что добиться признания без истязания мог только высококлассный специалист, знаток человеческих душ, а таковых были единицы. Во-вторых, мнение о нерациональности и негуманности пытки разделяли с Ектериной еще может быть пять-десять просвещенных людей из высшего общества. В дворянско-чиновничьей среде по-прежнему царило убеждение, что только с помощью истязания можно заставить человека говорить правду. Пытка в России была формально отменена только указом 27 сентября 1801 года после скандального дела в Казани. Там казнили человека, признавшего под пыткой свою вину. Уже после казни выяснилось, что он был невиновен. Однако, этот указ скорее оставался одним из благих пожеланий либерального начала царствования Александра I. До тех пор, пока в России существовали телесные наказания, крепостное право, палочная дисциплина в армии, говорить об отмене пыток было невозможно. Лишь только с 1861 года, с освобождением крестян и началом судебных реформ, применение пытки стало затруднительным, однако изобретательные следователи жандармских управлений и местных органов власти находили немало способов заменить пытки кнутом и другими истязаниями.


1. Кресло допроса.
Кресло допроса применялось в Центральной Европе. В Нюрнберге и Фегенсбурге до 1846 года регулярно проводились предварительные следствия с его использованием. Обнаженного узника усаживали на кресло в такой позе, что при малейшем движении в его кожу вонзались шипы. Обычно пытка длилась несколько часов, и палачи зачастую усиливали муки агонизирующей жертвы, протыкая ее конечности, применяя щипцы или другие орудия пытки. Подобные кресла имели различные формы и размеры, но все они были оборудованы шипами и средствами обездвиживания жертвы.

2. Ручная пила.
Про нее нечего сказать, кроме того, что она вызывала смерть еще худшую, нежели смерть на костре. Орудие управлялось двумя людьми, которые распиливали осужденного, подвешенного вниз головой с ногами,
привязанными к двум опорам. Уже сама позиция, вызывающая приток крови к
головному мозгу, заставляла жертву переживать неслыханные муки в течение
долгого времени. Этот инструмент использовался как наказание за различные
преступления, но особенно охотно его применяли в отношении
гомосексуалистов и ведьм. Нам представляется, что это средство широко
употребляли французские судьи в отношении ведьм, которые забеременели от
«дьявола ночных кошмаров» или даже от самого Сатаны.

3. Трон.
Этот инструмент был создан как позорный столб в форме стула, и
саркастически назван Троном. Жертва помещалась вниз головой, а ее ноги
укреплялись при помощи деревянных блоков. Подобная пытка пользовалась
популярностью среди судей, желающих следовать букве закона. На самом деле,
законодательство, регулировавшее применение пыток, позволяло использовать
Трон только один раз в течение допроса. Но большинство судей обходило это
правило, просто называя следующую сессию продолжением все той же первой.
Использование Трона позволяло объявлять это одной сессией, даже если она
длилась 10 дней. Поскольку использование Трона не оставляло неустранимых
следов на теле жертвы, то оно очень подходило для длительного
использования. Нужно отметить, что одновременно с этой пыткой
заключенных «пользовали» также водой и каленым железом.

4. Дочь дворника или Аист.
Использование термина «аист» приписывают Римскому Суду святейшей инквизиции в период со второй половины XVI в. до приблизительно 1650 года. То же название этому орудию пытки было дано Л.А. Муратори в его книге «Итальянские летописи» (1749). Происхождение еще более странного названия «Дочь дворника» неизвестно, но оно дано по аналогии с названием идентичного приспособления в лондонском Тауэре. Каково бы ни было происхождение названия, это орудие является великолепным примером огромного разнообразия систем принуждения, которые применялись во времена Инквизиции. Позиция жертвы была тщательно продумана. Уже через несколько минут такое положение тела приводило к сильнейшему мышечному спазму в области живота и ануса. Далее спазм начинал распространяться в район груди, шеи, рук и ног, становясь все более мучительным, особенно в месте начального возникновения спазма. По прошествии некоторого времени привязанный к Аисту переходил от простого переживания мучений к состоянию полного безумия. Часто, в то время как жертва мучилась в этой ужасной позиции, ее дополнительно пытали каленым железом и другими способами. Железные путы врезалось в плоть жертвы и становилось причиной гангрены, а иногда и смерти.

5. Стул ведьмы.
Стул инквизиции, известный под названием стул ведьмы, высоко ценился как хорошее средство против молчаливых женщин, обвиненных в колдовстве. Этот распространенный инструмент особенно широко использовался австрийской инквизицией. Стулья были различных размеров и форм, все оснащенные
шипами, с наручниками, блоками для фиксации жертвы и, чаще всего, с
железными сидениями, которые в случае необходимости можно было
раскалить. Мы нашли свидетельства применения данного орудия для
медленного умерщвления. В 1693 году в австрийском городе Гутенберг судья
Вольф фон Лампертиш вел процесс по обвинению в колдовстве Марии
Вукинец, 57 лет. Она была посажена на стул ведьмы на одиннадцать дней и
ночей, одновременно палачи прижигали ей ноги раскаленным железом
(inslеtрlаster). Мария Вукинец умерла под пытками, сойдя с ума от боли, но не
сознавшись в преступлении.

6. Кол обыкновенный.
Технология применения понятна и без комментариев.

7. Дыба-подвес.
Это, несомненно, наиболее распространенная шапка, и она вначале часто использовалась в судопроизводстве, поскольку считалась легким вариантом пытки Руки обвиняемого связывались за спиной, а другой конец веревки перебрасывали через кольцо лебедки Жертву либо оставляли в такой позиции, либо сильно и непрерывно дергали за веревку. Нередко к нотам жертвы привязывали дополнительный груз, а тело рвали щипцами, такими как, например, «ведьмин паук», чтобы сделать пытку менее мягкой. Судьи думали, что ведьмы знают множество способов колдовства, которые позволяют им спокойно переносить пытки, поэтому не всегда удается добиться признания Мы можем сослаться на серию процессов в Мюнхене в начале XVII века в отношении одиннадцати людей. Шестерых из них непрестанно пытали при помощи железного сапога, одна из женщин подверглась расчленению груди, следующих пятерых колесовали, и одного посадили на кол. Они, в свою очередь, донесли еще на двадцать одного человека, которых незамедлительно допросили в Тетенванге. Среди новых обвиненных была одна очень уважаемая семья. Отец умер в тюрьме, мать, после того, как ее подвергли испытанию на дыбе одиннадцать раз, призналась во всем, в чем ее обвинили. Дочь, Агнесса, двадцати одного года, стоически перенесла испытание на дыбе с дополнительным весом, но не признавала своей вины, и только говорила о том, что она прощает своих палачей и обвинителей. Лишь через несколько дней непрекращающихся испытаний в камере пыток, ей сказали о полном признании ее матери. После попытки суицида она призналась во всех ужасных преступлениях, включая сожительство с Дьяволом с восьмилетнего возраста, в пожирании сердец тридцати человек, участии в шабашах, в том, что вызывала оурю и отрекалась от Господа. Мать и дочь были приговорены к сожжению на костре.