Копипаст.ру - фото ню, юмор, фото приколы, бесплатные игры, демотиваторы, комиксы, девушка дня Фото приколы   Удивительное   Фото НЮ   Ещё »  

хочу только
эфир   блогород   недельник   лидеры   лучшие   архив   пopно  
Нас уже 75238. 
Подсчет онлайн...
сейчас
+ регистрация / вход

→ В НОВОМ

Эдуард Лимонов. Ист-сайд -- вест-сайд(отрывок)

29 августа 2010 в 11:28Блогиby CtulhU
3
рейтинг
12
коммент.

Эдуард Лимонов. Ист-сайд -- вест-сайд(отрывок)

..... Я, выпив за вечер не то 11, не то
12 бокалов блади-мэри и несколько бутылок вина и, может быть, еще чего-то в
промежутках, не помню, был, как вы понимаете, в несколько экзальтированном
состоянии. Пьян я не был, но мыслил неряшливо, руководствовался скорее
чувствами, чем рассудком.
Вышел я из поезда-экспресса минут через 35, на... да, на 175-й улице. Но,
выйдя из зассанного подземного вестибюля станции на улицы, я не узнал
места, где я нахожусь. Дом моей подруги был недалеко от станции сабвея, и,
хотя, как я уже говорил, я никогда не ездил к ней в сабвее, окрестности я
более или менее знал. Передо мной были не те окрестности. Не тот пейзаж, не
те дома, не те линии крыш, все совсем не то. Куда темнее и хуже.
Я поднял голову и посмотрел на табличку с наименованием улицы. "Ист 175-
я" -- значилось на ней. "Ага, -- подумал я. -- Ист 175-я. Мне же нужен
самый Вест 175-я. Раз у самой Хадсон-Ривер и Вашингтонского моста живЈт
Стеси, следовательно, это Вест 175-я..." И я, перейдя какую-то большую и
темную авеню, отправился в ту сторону, где, по моим расчетам, я должен был
через некоторое время найти Вест 175-ю.
Я прожил в свое время в Нью-Йорке пять с половиной лет. Я думал, я знаю
все об этом городе, я исходил его пешком весь вдоль и поперек. Во всяком
случае, мне думалось, что весь. Но я заблудился.
На следующий день, когда я посмотрел на карту Большого Нью-Йорка, я
увидел, насколько я был глуп и самонадеян. Ист и Вест на уровне 175-й улицы
разделяют мили. И теперь я уже знал, что это мили разрушенных кварталов.
Мили брошенных, необитаемых, или едва обитаемых, с выбитыми стеклами,
сожженных домов. Сталинград 1943 года, оказывается, был впереди. И я, ничего
не подозревающий, бодрой походкой сильного человека, бывший когда-то давно
вор и грабитель, а ныне писатель, крепкий мужик, в белом пиджаке, с пакетом
денег и документов, углубился в военную зону.
Можно быть как угодно "tough" -- быть крутым мужиком и иметь криминальное
прошлое, но оказаться в белом костюме и белых сапогах там, где я вышел из
сабвея, а через час и в Южном Бронксе, куда я пришел, заблудившись, не
входило в мои планы. Даже и с револьвером в таком месте, я думаю,
невозможно чувствовать себя в безопасности. Какой револьвер, когда тебя
просто забросают кирпичами! С утра до встречи со Стеси я успел съездить в
Иммигрэйшан Сервис в даун-тауне, потому у меня и оказались с собой все
документы. Французские же деньги я просто забыл утром вынуть в спешке из
пакета, разумеется, проспав и опаздывая в Иммигрэйшан.
Горелый, вонючий ветер задирал полы моего пиджака. Было не темно, ночь
была лунная, но было мрачно, совсем безлюдно, лишь изредка сильный ветер
вдруг вышвыривал из-за угла растрепанную газету, или даже банку из-под кока-
колы, или выкатывал бутылку. Я уверенно пиздовал по, как мне тогда еще
казалось, 175-й улице на Вест. Внезапно улица оборвалась и вкатилась в
другую, которая подымалась куда-то во тьму, вверх и налево и, увы, не имела
номера, но имела название. Я решился и пошел по этой улице, а надо было бы
мне вернуться обратно к сабвею и уехать подобру-поздорову. Мы часто не
знаем значения наших поступков, пока не увидим последствий. Я сделал выбор.
Приближались последствия. Через полчаса мне все стало ясно. Населенные места
вовсе кончились, и теперь я шел неизвестно куда, вдоль домов-развалин, из
дыр которых зловонными потоками вылились на тротуар груды битого кирпича,
горелой мебели, мусора и неопределенных кусков чего-то, подозрительно
похожих на расчлененные трупы. Под каблуками моих белых эстетских, оскар-
уайльдовских сапог непрерывно хрустело стекло. Тряпки, банки, бутылки,
кости животных... "А может, и человека..." -- с удивившим меня самого
черным юмором подумал я. Море разливанное мусора оставляло только небольшую
часть тротуара свободной для пешеходов. Впрочем, пешеходов не было. Может,
это их кости белели в мусоре. Откуда-то из развалин я порой слышал звуки
музыки... Несколько раз и шумы больших человеческих сборищ и ссор донеслись
до меня изнутри необитаемых с виду коробок... Хохот... Пару раз я видел
пылающие в развалинах костры... Но по-настоящему я испугался в первый раз,
когда увидел темную фигуру человека.
Впрочем, я тут же с облегчением вздохнул, тень была сгорбленной, человек
опирался на палку, он был стар. Старик, как это ни странно выглядело,
выгуливал собаку во впадине, заваленной песком и мусором, кое-где поросшей
темной и жесткой травой пустырей. Впадина напоминала воронку,
образовавшуюся от взрыва огромной бомбы, или же котлован, вырытый для
постройки дома очень-очень давно, да так и забытый котлован. Старик-тень
увидел меня раньше собаки, он повернулся и уставился на меня, а уж потом
без энтузиазма два раза тявкнула его псина. Я даже не видел лица старика,
но, конечно, он смотрел на меня -- привидение в белом. Я подумал, что
сейчас он позовет на помощь других стариков или, того хуже, нестариков, и
они со мною расправятся.
И тут я совершил то, чего уж никак от себя не ожидал. Я положил свой
пакет на груду кирпичей, повернулся в сторону старика, расстегнул штаны,
вынул член и стал не спеша писать. Длительно и церемонно я орошал пустырь
этой руками человека созданной пустыни на глазах у одного из ее бедуинов.
Теперь мне понятно, что я поступил тогда гениально просто, по-собачьи
инстинктивно. С одной стороны, старику стало ясно, что я не боюсь его и кого
бы то ни было вокруг, раз так спокойно писаю. Кроме того, сам акт
мочеиспускания был актом дружелюбным, мирным, я как бы завилял хвостом в
сторону старика.
Пописав, я застегнулся, взял пакет и пошел своей дорогой, не торопясь. Я
размышлял. Дела мои были хуевые, я находился в самом опасном месте Большого
Нью-Йорка и был в своих белых тряпках совершенно беззащитен. Нужно было
выработать манеру поведения. "Если ты, Эдвард, будешь торопливо метаться по
пустым черным улицам, кто-нибудь обязательно тебя увидит, поймет по твоей
испуганной торопливости, что ты чужой, и или убьет тебя, или ограбит догола,
или кто знает, что сделает. Отрежет тебе руку, или ногу, или член. Что в
голову придет аборигенам этой каменной страны, недоступной и воображению
маркиза де Сада, то они с тобой и смогут сделать, после несложной, но
приятно возбуждающей несколькоминутной охоты на тебя".
Как бывалый и практичный солдат я пришел к выводу, что самое разумное,
что я могу сделать, -- это идти не торопясь, делая вид, что я здесь по
делу. Откуда "им" на хуй знать, может быть, я гуляющий здесь для своего
удовольствия извращенец-мафиози, а машина ждет меня за углом. А может...
ничто другое в голову не приходило, посему я остановился на образе мафиози,
приехавшего сюда совершить обмен двадцати килограммов героина на
соответствующее количество миллионов долларов в старых мелких банкнотах.
Все это было смехотворно, но я себя таким образом успокоил. Если не на
100, то хотя бы на 50 процентов. И когда я еще несколько раз встретил в
руинах двуногого зверя-человека, я справился со встречами молодцом. Я шел
такой развязной походкой, помахивая своим пакетом, кокетливо даже (тут я
вспомнил, что меня много раз до этого в Нью-Йорке принимали за итальянца),
и с таким видом ступал по битому стеклу, будто знал тут всякий камень и
собирался через мгновение нырнуть в следующий темный провал в стене
обгорелого здания, а уж там меня ждали мои до зубов вооруженные ребята.
Тени аборигенов прошли, даже не окликнув мой белый пиджак. Может быть, они,
да, думали, что я мафиози, а может, марсианин, а может, мэр Кач.
Основной проблемой, после того как я достиг нужного спокойствия и по
системе Станиславского убедил себя, что я и есть мафиози Лимонов, "каппо ди
тутти" всех других мафиози, было понять, в каком же направлении идти.
Останавливаться было нельзя, из сотен обгорелых, без стекол окон за мной
могли наблюдать. Потому я шел не спеша, стараясь придать своему движению
подобие порядка, хотя бы стараясь идти приблизительно в одну сторону. Один
раз, когда дома вдруг оборвались, передо мной появился дряхлый каменный
мост, туго затянутый в никем не используемые одеяла тоннелей, и я прыгнул,
без страха и упрека рыцарь Лимонов, в это каменное и металлическое месиво.
Мне показалось, что я понимаю, где я нахожусь, что передо мной "Через
Бронкс" экспрессвей.
Может быть, это он и был, но, перебравшись на другую сторону, я нашел то
же самое -- мрачную перспективу уходящих вдаль разрушенных каменных
коробок, и я пошел по самой широкой из каменных клоак, надеясь, что она
меня куда-то выведет. К живым районам. Мне казалось, что я, да, приближаюсь
к Весту... В то же время я шел по каменной пустыне и чувствовал себя
солдатом, бегущим в атаку по открытому полю. Не за что было спрятаться. На
удачу бегущего. Убьют... не убьют? Я физически как бы видел со стороны мой
виляющий по проспекту Дьявола белый пиджак, свою белую уязвимую спину.
Впрочем, я не совсем справедлив к этому незабываемому ландшафту. Должен
отметить, что несколько раз мне попадались дома, показавшиеся мне если не
полностью, то хотя бы частично обитаемыми. У одного из таких домов я даже
высмотрел несколько подозрительно ухоженных невысоких деревьев. Но одинокий
путник предпочел не стучать в немногие целые стекла этих жилищ, догадываясь,
что едва ли лучшие люди каменных джунглей, живя здесь, могут сохранить в
целости свои стекла. Скорее самые отважные могут сохранить. А их-то,
отважных, я и боялся.
Вдруг сзади заурчал мотор. Я повернулся и увидел ползущий по другой
стороне улицы полицейский автомобиль. На меня вдруг пахнуло от автомобиля
маем, а ведь был май, маем и жизнью. Я подумал с наслаждением о путешествии
в Грецию, которое я еще смогу, пожалуй, совершить, если подымется вдруг
франк. И я побежал через дорогу к полицейскому автомобилю, приветственно
махая руками...
Хуя... Они не только не остановились, они нажали на педаль газа. Понимая,
что это, может быть, единственно возможный корабль, проплывающий мимо меня,
потерпевшего кораблекрушение, я понял, что терять мне больше нечего, и
заорал "Полис! Полис!", но только мигнули огоньки на повороте.
Тогда я не стал размышлять о причинах, побудивших блюстителей порядка не
остановиться на призывный крик человека в белом костюме в четыре часа утра
на улице Южного Бронкса. Может, они поняли, что я не мафиози, и прониклись
любопытством: "А вот интересно, пришьют аборигены этого интеллигента,
одетого как "фагот", или доживет до утра?" Экспериментировали ребята, дабы
выяснить степень криминальности своего района еще раз. Возможно также, что
полицейские вместе со мной решили, что я мафиози, и уехали поспешно,
опасаясь подвоха, скажем, того, что я вдруг швырну в них гранату... Тогда
мне было не до причины. Все эти гипотезы пришли мне в голову уже на
следующий день. Автомобиль полиции еще укатывался за угол, а я уже обладал
идеей спасения. Я решил найти телефон и вызвать такси. Я почти понимал всю
нереальность моей идеи, но я хотел жить. Поэтому я быстро поверил и в
телефон и в такси. И уже стал размышлять над тем, сколько же мне нужно
будет заплатить шоферу французскими франками... В три раза больше? Все
знают, что франк падает, к тому же шоферу придется истратить некоторое
время на процесс обмена франков на доллары, я это учитывал. Но человек --
ужасное животное. Даже в минуты опасности я не поднялся в своей щедрости
выше, чем "в три раза больше". Все на той же графической планерной
перспективе, будто расчерченной рукою де Кирико, но необычно мрачного де
Кирико, я попытался найти телефон. Увы, даже в нормальных районах
Манхэттана иной раз нелегко найти работающий аппарат, здесь же счастье,
естественно, не улыбалось мне очень долго. Полчаса уже шагал очарованный
странник в белых сапогах, поскрипывая битым стеклом, как вдруг... БАР,
работающий бар. Протер глаза... нет, не мираж -- бар среди развалин.
На свои три доллара странник мог бы получить хорошую порцию скотча, а то
и две, это же был не бар на Пятой авеню, но странник не зашел в бар, он
обошел его, как очаг чумы, и все потому только, что был неподобающе одет --
белым ангелом, в то время как аборигены придерживались совершенно другой
моды. Обойдя бар, странник заметил приютившийся у края тротуара телефон на
металлической ноге. И он, о чудо, работал. От трубки воняло блевотиной,
диск поворачивался с трудом, но установилась связь с миром. "Доброе утро! -
- сказал оператор. -- Как я могу помочь вам?"
Я совершил три телефонных звонка -- три подвига, все время ожидая, что не
доживу до следующего, что кто-нибудь, вынырнув из развалин, прирежет меня
тут же. Без слов. Без объяснений. Я знал, что эти люди имеют неудобную для
странников привычку убивать и за три доллара.
Поприветствовав меня, оператор сообщил мне сразу же два номера, по
которым я мог связаться с радиотакси. Я набрал один из номеров, и
энергичный хриплый голос, также поздравив меня с добрым утром, сказал, что,
конечно, они меня повезут. "Но куда?" -- спросил он. Я сказал, что на самый
Ист-Сайд 57-й улицы должны они меня отвезти. Я не хотел уже ехать на
Вашингтонские высоты, пропади они, бля, пропадом. Даже их спокойное
еврейское население уже не устраивало меня, я хотел после этого
вынужденного зловещего Халуин-парти с двух до пяти утра плюхнуться в
атмосферу таунхауза, принадлежащего миллионеру, в чистое, красивое здание, в
белую апперклассовую постель нырнуть, в отведенную мне на четвертом этаже
гостиную комнату хотел я.
Когда голос спросил меня, откуда я еду, я ответил ему, что нахожусь на
улице и что пусть он подождет минуту, я посмотрю, на углу каких улиц я
стою. Я оставил трубку висеть на шнуре, отошел, посмотрел и моментально
сообразил, что никакое такси сюда, на фронт, не поедет. Нет. Но я, конечно,
вернулся и безвольно сообщил голосу, что я стою на пересечении 146-й улицы
и Уайт-стрит, а совсем недалеко проходит Джером авеню. Только в этот
момент, произнося названия улиц вслух, я полностью сообразил, что нахожусь
в самом сердце Южного Бронкса, что хуже не бывает.
Хриплый голос едва заметно запнулся, но профессионально-привычно совладал
с собой и сказал, что такси прибудет через десять минут. С таким же успехом
он мог просто послать меня на хуй. Когда я вешал трубку, я знал, что не
будет такси и через час. Никогда не будет. Но я все-таки подождал еще
полчаса, осторожно зайдя в развалины. Присел там на свой пакет, так сел,
чтобы было видно улицу, а меня с улицы не видно, и подождал.
Через полчаса я совершил еще один звонок. Хотя и через силу, но я
заставил себя позвонить зеленоглазой бляди Стеси. "Да..." -- медленно
выдохнул сонный голос, было слышно, как она там зашевелилась. "Это я", --
сказал я.
"Ты где?" -- спросила она лениво.
"На углу 146-й и Уайт-стрит, -- сказал я. -- Я заблудился".
"Хочешь, приезжай..." -- зевнула она словами и еще раз там опять
повернулась. Она любит спать, закутавшись в простыню и одеяло, но чтоб
овальной формы красивейшая ее жопа торчала наружу.
Я бросил трубку и пошел, постукивая каблуками по уже обыкновенному
мрачному ландшафту современных готических романов куда глаза глядят.
Позвонив ей, я хотел попросить ее взять такси и приехать подобрать меня на
угол 146-й, но мне стало вдруг необыкновенно противно... Противно от ее
блядской сытости, от ее сонного голоса, даже от того, что она продает свое
тело, хотя раньше мне это обстоятельство даже нравилось и уж, во всяком
случае, меня возбуждало. Раньше в наших любовных играх, когда я, подминая ее
под себя, ебал ее якобы беспомощную, я воображал, что я ее использую. Грубо
и жестоко использую для удовлетворения своего сексуального аппетита. Своей
похоти. Теперь же я увидел, что это она меня использовала, и при этом,
очевидно, даже всерьез меня не принимала... Это я ее обслуживал... Сука!..
Может быть, от злости, но мне вдруг повезло -- я вышел к сабвею.
Поднявшись по ржавой лестнице на эстакаду, вошел в станцию, похожую на
огромный сарай. Даже, впрочем, уже не обрадовавшись, что нашел сабвей.
Почти белый человек испанского типа чинил, разобрав его до винтиков,
турникет. Я спросил человека, как мне добраться до 57-й улицы и Ист-Сайда.
"А как ты попал сюда, мэн?" -- спросил человек удивленно, оторвавшись от
своих отверток и гаечных ключей и оглядывая меня -- белого ангела.
Я объяснил ему, что сел не на тот поезд. Хотел попасть на Вашингтонские
высоты, а попал... в общем, поведал ему свою историю в нескольких словах.
"И ты пришел пешком от 175-й Иста -- сюда?.. -- воскликнул человек. -- И
тебя не ограбили?.. И остался жив... Lucky man", -- добавил он с уважением
к моей удачливости.


Полный текст
Надоело листать страницы? Зарегистрируйтесь и станет удобнее.

Нравится пост? Жми:


Похожие новости
Как убиться об гаражHAPPY BIRTHDAY, MICHAEL!!!!!!!!…Последний в Европе дикий табун …Алфавит Георгия Милляра.Медитативная картинка
Все фото приколы и картинки »

РЕГИСТРАЦИЯ НА САЙТЕ ЗА 20 СЕКУНД
Меньше рекламы, добавление новостей, голосование, подарки...



1: 29 августа 2010 11:29
 
Много букв
Из текста можно понять что из себя в действительности представляет столь желанный многими город.
И кто такой Лимонов, предположительно.

2: 29 августа 2010 12:31
 
говновысер, извините за мой неаполитанский невразумительный...

3: 29 августа 2010 12:52
 
Avantjurist,
Ничего страшного с неаполитанским. Просто надо ведь знать людей зовущих за собой на баррикады.

4: 29 августа 2010 13:20
 
Цитата: CtulhU
Просто надо ведь знать людей зовущих за собой на баррикады.
а надо не за всякими уродами на баррикады бежать, а своей головой думать. Я вообще избегаю всяких массовых мероприятий с политическим и не очень подтекстом, ибо цели которые они пропагандируют имеют совсем другую цель. Только память человека быстро стирается, раз он на одни и те же грабли ступает век от века.

5: 29 августа 2010 13:26
 
Цитата: Avantjurist
говновысер, извините за мой неаполитанский невразумительный...

mir
кто ваще Лимонова воспринимает адекватно? покажите а?

6: 29 августа 2010 13:31
 
yolka, я бы сказал, что вообще не воспринимаю всю эту современную политическую шваль растиражированную в СМИ. Одна показуха. Мы сейчас также живем, как раньше холопы и бояре.

7: 29 августа 2010 13:31
 
CtulhU,
Не обобщай! вожди разными бывают.
Цитата: Avantjurist
а надо не за всякими уродами на баррикады бежать, а своей головой думать.

Это верно. Только еще неплохо было бы иметь информацию для размышления и мозги для думания.

8: 29 августа 2010 13:48
 
Цитата: yurasha
Только еще неплохо было бы иметь информацию для размышления и мозги для думания.
мозги имеются, да и откуда инфу черпать тоже. Ну вот например тебе ссылочку информационно-дискуссионный центр, знаешь про такой портал?

9: 29 августа 2010 14:02
 
Avantjurist,
Я думаю не у всех есть то и другое. Этого портала не знал. Много таких. Я предпочитаю не дискутировать и ловить голую инфу, сопоставлять и делать свои выводы. И делиться ими с тем, кто хочет послушать!

10: 29 августа 2010 14:09
 
Цитата: yurasha
Я думаю не у всех есть то и другое. Этого портала не знал. Много таких. Я предпочитаю не дискутировать и ловить голую инфу, сопоставлять и делать свои выводы. И делиться ими с тем, кто хочет послушать!
ну ты блин сам себе противоречишь))) Плюс такого уровня порталов я еще не видел, самое интересное это форум. Он и создан для того, что ты написал в своем комменте.

11: 29 августа 2010 14:20
 
Avantjurist,
Значит, я с беглого взгляда не оценил. Присмотрюсь повнимательней. Спасибо.

12: 29 августа 2010 14:29
 
yurasha, присмотрись-присмотрись, там нету молодежи фактически, тока умудренные опытом или наделенные мозгами люди. Я там тока читаю.
Информация
Вы не можете оставлять комментарии к данной новости.

Загрузка. Пожалуйста, подождите...